EN
Как давно вы по-настоящему присматривались к шторе?
Имею в виду, действительно присмотрелись — наблюдали, как свет проходит сквозь её волокна, как она мягко колышется на ветру, как её раздвигают на рассвете и снова закрывают ночью.
В течение двадцати пяти лет в Foulola мы ежедневно работали с тканью. Постепенно мы начали понимать, что штора — это нечто гораздо большее, чем просто кусок материи.
Это переводчик между светом и тенью, дыхание между внутренним и внешним, самый мягкий рубеж, который может быть в доме.
Так что же именно мы, мастера по пошиву штор, на самом деле создаём?
Мой наставник, старик Чэнь, проработал здесь восемнадцать лет. У него была привычка — после завершения каждой шторы
он слегка проводил ладонью по ткани. Он говорил, что это не проверка; это «прощание».
«Каждый кусок ткани имеет свой путь», — сказал он мне однажды. «Хлопок вырастает из земли, лён пропитывается водой,
шелк производят шелкопряды. Мы лишь помогаем ему найти путь туда, где он должен быть, повиснуть тихо и просто стать шторой.
Я помню эти слова с тех пор.
Мы измеряем и режем с точностью, оптимизируя каждую раскладку, чтобы беречь каждый дюйм материала.
Это не просто экономия затрат — это уважение к природным ресурсам и к тому доверию, которое вы в нас возлагаете. Полное использование вещей само по себе
является формой доброты. Мы шьём с сосредоточенной внимательностью, потому что блуждающие мысли проявляются в строчках. Мы выбираем экологически чистые красители не потому, что это модно,
а потому что понимаем: независимо от происхождения ткани — натуральное волокно или современная смесь — в конечном итоге она окажется в доме, заслуживающем бережного ухода.
Это всего лишь наш долг. Как говорил старый Чэнь — позволить вещам идти туда, куда им следует, и хорошо исполнять своё предназначение.
Но когда долг день за днём накапливается, может ли он породить немного дополнительного тепла?
Три зимы назад мы начали делать одно маленькое дело.
С каждым выполненным заказом мы откладываем часть средств, чтобы поддержать молодых студентов из трудных семей, которые твёрдо решили учиться.
Это не так много — лишь достаточно, чтобы им не пришлось беспокоиться о завтрашних учебниках или завтраке.
Мы никогда не помещаем эту историю в наши брошюры. Но время от времени приходит письмо. Одна девочка написала: «Тётя, в нашем классе наконец-то появились шторы.
Когда солнце перестало отражаться от доски, вдруг стало ясно, что самые прекрасные вещи в мире бесплатны — как солнечный свет и право ясно его видеть».
В тот день, когда мы прочитали это письмо, в мастерской было особенно тихо. Старый Чэнь просто положил руку на ткань рядом с собой и молчал.
Но все мы поняли — ткань, с которой мы ежедневно работаем, которую выкраиваем и шьём, предназначенную стать частью чьего-то дома,
некоторым незримым образом также участвует в жизни молодого человека, которого мы, возможно, никогда не встретим.
Итак, возвращаясь к первому вопросу: что же такое штора на самом деле?
Это кусок ткани, средство света и тени, выражение домашнего уюта. Но, возможно, это может быть чем-то большим.
Это момент, когда вы раздвигаете его утром и свет льётся внутрь. Это чувство целостности и покоя, которое вы испытываете, закрывая его ночью.
Это его молчаливое присутствие на стене, наблюдающее за утрами и вечерами, за временами года в жизни вашей семьи.
И здесь, с нами, оно также стало формой поддержки для более чем ста молодых людей, избавив их от преждевременных забот о завтрашнем дне.
Это ясность, с которой девочка теперь видит слова на своей школьной доске.
Мы никогда не пытались «продавать» доброту. Мы просто считаем, что если относиться к куску ткани с уважением,
если выполнять процесс с заботой, если группа людей делает одно и то же в течение двадцати пяти лет — добро естественным образом проистекает из этого, словно трава, пробивающаяся весной из земли.
Старый Чэнь недавно вышел на пенсию. Перед уходом он сшил последний шторы.
«Не забудьте сказать тому, кто пользуется этим занавесом, — сказал он с улыбкой, — если вдруг окажется особенно ярким солнечный день, пусть повесит его подольше».
Ткань любит запах солнечного света. И люди тоже. Возможно, в этом и заключается ответ: то, что мы создаём, — это сосуды, удерживающие свет. А сам свет по своей сути и есть доброта.
Пусть каждое окно в вашем доме пропускает ровно столько света, сколько нужно. И пусть свет, проходящий сквозь шторы в классных комнатах, озарит ещё множество юных глаз.
— Записки из Foulola Curtains
